Молодежь, бросившая вызов Гитлеру и Сталину

 

Максим Горький был их вдохновителем. Блестящие историки в основном еврейского происхождения решили отправиться на фронт, чтобы стать непосредственными свидетелями и рассказчиками ужасов войны через средства массовой информации Москвы. Они хотели составить книгу на основе собранных фактов. С нацистами шла война на уничтожение, и героизм простых солдат стал фактом повседневной жизни. Историки отправились из Москвы и добрались до Сталинграда.

Их с энтузиазмом встретили командующий 62-й армией маршал Василий Чуйков и политический комиссар Никита Хрущев. Они брали интервью, без передышки вели хронику событий, фотографировали аппаратами «Зоркий» и «Киев». Но после победы в 1945 году Сталин больше не хотел вспоминать об этой правдивой хронике в стиле Геродота или Фукидида. Свидетельства и документы исчезли в архивах политической полиции. Но некоторым ученым удалось спрятать часть документов. Недавно молодой немецкий историк Йохен Хелльбек (Jochen Hellbeck) нашел эти секретные бумаги и поведал миру истории их авторов и их военные свидетельства.

«Сталинградские протоколы» - так называется необыкновенное исследование Хелльбека, которое издатель С. Фишер только что опубликовал в Германии к семидесятилетию Сталинградской битвы, изменившей ход истории. Молодые историки сделали все, чтобы убедить Академию наук, КПСС, НКВД, Берию, Молотова и Сталина отправить их на фронт. «Мы хотим быть свидетелями и правдиво рассказать о битве, в которой героизм стал повседневной жизнью», - написал в своем запросе Василий Гроссман, автор незабываемого романа «Жизнь и судьба».

Другим лидером молодых создателей «всеобщей истории», написанной на фронте, был Исаак Минц. Рядом с ними был Аркадий Сидоров, их поддерживал Илья Эренбург.

Историки прилетели к линии фронта на американском самолете «Дакота» (Dakota). Чуйков и Хрущев оказывали им всяческую помощь, хотя у них было множество других забот. Мрачной зимой 1942 года гитлеровский Вермахт, Люфтваффе, войска СС рвались вперед, как раненый зверь после первого поражения, нанесенного в небе над Лондоном Королевскими военно-воздушными силами Великобритании. Они были убежденными сторонниками расовой чистки. Крестовый поход Третьего рейха против большевизма при поддержке Венгрии Хорти, Италии Муссолини и молчаливом согласии Ватикана сопровождался массовыми убийствами и разрушениями, насилием над женщинами и детьми, которых вздевали на штыки для тренировки, уничтожением евреев, пленников, гражданских лиц, которых бросали в общие могилы.

Гитлер верил в силу судьбы, но секретные протоколы рассказывают о том, что он не понимал то, что происходило. «В Берлине думали об угнетенных русских, они не понимали, что советские люди были готовы защищать свою родину и жизнь, не отдавали себе отчет в силе революционной и политизированной армии», - объясняет молодой немецкий историк. В протоколах приводятся фразы политического комиссара Афанасия Матвеевича Свирина: «Чтобы воспламенить солдат, я часто привожу высказывания британских и американских средств массовой информации».

Россия держалась, не жалея человеческих ресурсов, она перевела военное производство за Урал. За Уралом делали танки Т-34, истребители Як-9 и Ла-5, которых боялись нацистские пилоты, «летающие танки» Ил-2, сеявшие ужас в немецкой танковой дивизии, когда они появлялись в небе на бреющем полете. А в северном порту Мурманска американские грузовые суда в сопровождении самолетов Королевского флота и подводных лодок Военно-морского флота выгружали тысячи и тысячи истребителей Spitfire, Hurricane, Mustang, бомбардировщиков B25, радиоаппаратуру, современные грузовики, военные пособия. «Чтобы победить Гитлера, я готов заключить договор с самим дьяволом», - сказал Уинстон Черчилль.

Массовый героизм, ставший повседневностью, 27 миллионов погибших, индустриальный рывок, массированные англо-американские поставки сделали возможной победу России. Но с 1945 года Сталин уже не хотел слышать об этом проекте истории, написанном непосредственными ее творцами. Он боялся молодых последователей Горького. К тому же почти все они были евреями, против которых он начал репрессии, сфабриковав дело врачей, которые якобы хотели его убить. Гроссман и Минц попали в опалу. Их записи на десятилетия оказались в подвалах секретной полиции. Часть записей под копирку Минц смог спрятать у друзей. Выжившие историки-фронтовики собрались вместе только один раз - в 1984 году. Вечер сопровождался горькими воспоминаниями. Они не дожили до того момента, когда молодой потомок их бывших врагов возродил из забвения их необыкновенные свидетельства о победе, которой мы обязаны и нашей свободой, несмотря на последовавший за ней период холодной войны.

 



  • На главную